Книги о Гоголе
Произведения
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Гоголь М. И., 22 декабря 1837

58. М. И. Гоголь

Декабрь 22 <н. ст. 1837>. Рим.

Я застал ваше письмо в Риме и спешу отвечать. Из него я узнал, что вы еще не получали писем, писанных мною из других мест. Я очень рад, что вы немного развлекли себя поездкою в Киев. Это для вас хорошо - и для здоровья, и для удовольствия, и для души, потому что приятнее помолиться там, где почиют святые. Насчет моих чувств и мыслей об этом, вы правы, что спорили с другими, что я не переменю* обрядов своей религии. Это совершенно справедливо. Потому что как религия наша, так и католическая совершенно одно и то же, и потому совершенно нет надобности переменять одну на другую. Та и другая истинна. Та и другая признают одного и того же спасителя нашего, одну и ту же божественную мудрость, посетившую некогда нашу землю, претерпевшую последнее унижение на ней, для того, чтобы возвысить выше нашу душу и устремить ее к небу. - Итак, насчет моих религиозных чувств вы никогда не должны сомневаться. Теперь поговорим о другом. Вы желаете скорее моего возвращения, я сам также желал бы увидеть вас, моих родных и моих знакомых, которые дороги моему сердцу. Но прежде всего мы должны слушаться советов благоразумия. Здоровье мое не таково еще, чтобы рисковать им, отправляясь теперь в Россию. В последнее время в Петербурге я очень страдал гемороидальными припадками. Когда я был последний раз у вас, вы, я думаю, сами заметили, что не знал, куда деваться от тоски, и напрасно искал развлечений. Я сам не знал, откуда происходила эта тоска, и, уже приехавши в Петербург, узнал, что это был припадок моей болезни (гемороид)**. Выезд из Петербурга и путешествие меня поправили, а особенно жизнь в Италии. Но потом я желал совершенно освободиться навсегда от моей болезни и принял, по совету не очень дальновидных медиков, минеральные воды, которые мне не только не помогли, но даже расстроили, и только возвращение мое в Италию меня опять оживило. Благодетельный воздух этой земли действует спасительно. И только долговременное пользование им может одно меня совершенно освободить от моей болезни. Возвратиться же теперь, не поправившись совершенно, в Россию значит погубить себя. И я не хочу последовать примеру некоторых людей, которые, не послушавшись этого, были сами причиною своей гибели. Итак***, зная, как вы меня любите, я уверен, что вы не станете требовать почтеннейшая маминька, моего скорого возвращения.

* (Далее было: религиозных)

** (Далее начато: а. Отправление?> б. Поездка за границу)

*** (Далее было: вы без сомн<ения>)

Теперь обратимся к третьему пункту вашего письма. Судьба Олиньки меня беспокоит. Я придумал вот что: поместить ее в Полтавской институт. Что ни говорите, но всё это будет лучше, нежели домашнее воспитание в чужом семействе, особенно, когда оно еще не совершенно коротко вам известно. В институте же узнает она несравненно более да притом там же находится, как вы говорите, классною дамою ее прежняя воспитательница, по словам вашим, хорошая женщина, ее любящая. Я просил княгиню Репнину о том, чтобы поместить ее на казенный счет, и она обещалась написать об этом непременно в институт.

Из письма вашего я вижу, что вы иногда нуждаетесь в моих сочинениях, для раздачи их вашим знакомым. Я напишу в Петербург, чтобы вам прислали несколько экземпляров, дабы вы могли, не скупясь, ими наделять деревенских охотников до чтения. Будьте здоровы и счастливы и прощайте до следующей почты. Ваш любящий и почтительный сын Ник<олай>.

<Адрес:> à Pultava en Russie.

Ее высокоблагородию Марии Ивановне Гоголь-Яновской.

В Полтаву, оттуда в д. Василевку.

58. М. И. Гоголь. Примечания

Печатается по подлиннику ([ИМ]).

Впервые опубликовано, с большими пропусками, в "Сочинениях и письмах", V, стр. 296-297. Опущенный Кулишем большой отрывок письма напечатан в "Материалах" Шенрока, III, стр. 316-317.

Письма... из других мест - из Женевы от 1 октября и из Милана от 24 ноября.

Поездка в Киев. М. И. Гоголь посетила Киево-Печерскую Успенскую лавру и другие монастыри и соборы Киева.

...я не переменю обрядов своей религии. Встревожившие М. И. Гоголь слухи о том, что Гоголь собирается принять католичество, вероятно, были вызваны разговорами о встречах Гоголя в Риме с кн. Зинаидой Александровной Волконской (1792-1862), тайно принявшей католичество еще в России и в 1829 г. навсегда поселившейся в Италии. Кн. Волконская отличалась, как говорили, ревностным старанием к обращению своих соотечественников в католичество (см. рассказ кн. В. Н. Репниной в "Материалах" Шенрока, III, стр. 190). Позднее, в марте - апреле 1838 г., Гоголь у нее встречался с польскими реакционными эмигрантами, ксендзами Петром Семененко и Иеронимом Кайсевичем, которые поставили себе прямой задачей, имевшей явную политическую окраску, - обратить известного русского писателя в католичество. 17 марта 1838 г. П. Семененко писал из Рима Богдану Яньскому, основателю нового католического монашеского ордена: "В разговоре он <Гоголь> нам очень понравился. У него благородное сердце, притом он молод; если со временем глубже на него повлиять, то, может быть, он не окажется глух к истине и всею душою обратится к ней. Княгиня <З. А. Волконская> питает эту надежду, в которой и мы сегодня несколько утвердились". Иероним Кайсевич посвятил Гоголю сонет, в котором убеждал "певца с Днепра", что "более высокая песня" раздастся из его уст, если он "не замкнет души своей для небесной росы", т. е. если примет католичество. Однако усилия кн. Волконской и ксендзов остались тщетными. (См. А Кочубинский. "Будущим биографам Гоголя. Заметки" - "Вестник Европы" 1902, кн. 2, стр. 650-675.)

...поместить ее в Полтавский институт. Определение младшей сестры Гоголя Ольги Васильевны в Полтавский институт не состоялось. Страдавшая от рождения глухотой и наделенная от природы плохой памятью, О. В. Гоголь получила домашнее воспитание.

предыдущая главасодержаниеследующая глава











© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании ссылка обязательна:
http://n-v-gogol.ru/ 'N-V-Gogol.ru: Николай Васильевич Гоголь'