Книги о Гоголе
Произведения
Ссылки
О сайте






предыдущая главасодержаниеследующая глава

Гоголь А. В. и Е. В., 17 июля 1836

21. А. В. и Е. В. Гоголь

1836 года, 17 июля <н. ст.>. Ахен.

Здравствуйте, мои бесценные сестрицы Аннет и Лиза. Вы, верно, не соскучились без меня и очень редко думаете обо мне. Если же это не правда и вы думаете обо мне часто и хотите знать, где я и что делается со мною, то я вам сейчас всё это расскажу. Простившись с вами, я тотчас выехал из Петербурга. Выехал я на пароходе. Знаете ли вы, что такое пароход? Но нет, вы не знаете, что такое пароход, потому что он, кажется, никогда не прогуливался перед вашими окнами. Это корабль, который беспрестанно дымится и запачкан, как трубочист, но зато идет гораздо скорее, нежели обыкновенный корабль. Я думаю, вам показалось бы очень странно ехать на корабле. Вообразите, что кругом вас одно море, - море, и больше ничего нет. Вы верно бы соскучились, но у нас было очень большое общество, дам было чрезвычайно много, и многие страшно боялись воды, одна из них, м-me Барант, жена французского посланника, просто кричала, когда сделалась буря. Вы верно знаете, что на пароходе внизу есть прекрасная зала, как будто в доме, и у каждого из нас небольшая комната, никак не больше ореховой скорлупы. Мы плыли, плыли и наконец чрез неделю пристали к берегу, где увидели всё новое: город выстроен не так, как у нас, люди не говорят совсем по-русски, словом - мы были в чужой земле. Улицы узенькие, есть даже такие, что можно из окошка протянуть руку и пожать руку того, который живет против вас. Домики маленькие, но зато чрезвычайно высокие, есть в шесть и семь этажей. Пообедавши в городе Любеке, я отправился в Гамбург. Гамбург прекрасный город, и жить в нем очень весело. Там есть одна набережная, которая называется Jungfernsteig, на которой такая гибель гуляющих, что упасть некуда, по ней везде павильоны, в которых беспрестанно играет музыка; за городом тоже очень много мест, где собираются гуляющие слушать музыку и обедать. Лавок и магазинов страшное множество, и в них так много прекрасных вещей, и всё очень дешево. Я вам купил одну вещицу... не скажу что, как привезу, тогда увидите. Вот какие домы в Гамбурге.

Вот какие домы в Гамбурге
Вот какие домы в Гамбурге

Не правда ли, странные? окошек чрезвычайно много. Я был в театре, который дается в саду на открытом воздухе. Вы бы верно смеялись, если бы посидели там. Немцев чрезвычайное множество приходит смотреть, а немки приходят сюда со всем хозяйством, ставят перед собою рабочий столик тут же в креслах и ложах и все сколько ни есть вяжут чулок во всё продолжение представления. Я был и на бале. Дам немного, но мужчин чрезвычайное множество и с усами и без усов. Больше всё - англичане. Англичанин есть человек довольно высокого роста, который садится всегда довольно свободно, поворотившись спиною к даме и положивши одну ногу на другую. Ах, я расскажу вам один пресмешной бал, на который попал я случаем! Гуляя за городом, я увидел один дом, довольно большой и великолепно освещенный. Музыка и толпа народа заставила и меня войти. Зал огромный, люстры и освещения много, но меня удивило, что танцующие одеты, как сапожники, в чем ни попало. Вы бы умерли со смеху. Танцовали вальс. Такого вальса вы еще в жизни не видывали: один ворочает даму свою в одну сторону, другой в другую. Иные просто взявшись за руки, даже не кружатся, но, уставив один другому глаза, как козлы, прыгают по комнате, не разбирая, в такт ли это или нет. После я узнал, что это был знаменитый матросский бал. Из Гамбурга я поехал на Бремен. Это город очень старинный. Если бы вы увидели здешнюю церкву! Такой старины вы еще никогда не видели. Слушайте, еще что я видел в Бремене: я видел погреб, который имеет такое странное свойство, что все тела, которые похоронены там, не тлеют. Мне показывали и раскрывали все гробы. На мертвецах кожа только немного высохла, но я знаю, что вам бы страшно было взглянуть на них. Вы обе трусихи. Что еще сказать вам? Тут такой странный обычай, что когда вы едете, маленькие девчонки бегут за вашею каретою и бросают к вам на всем лету в окна цветы; за это вы должны им бросить какую-нибудь мелкую монету; если же вы выбросите им назад букет, то они опять будут бросать к вам в карету до тех пор, покамест вы не бросите им маленькую монету. Много городов я проехал и, наконец, приехал в Ахен, откуда теперь пишу вам. Это один из самых старинных городов. Если вы будете учить среднюю историю, то вы узнаете, что здесь похоронен Карл Великий и что это была столица его империи. Вы, кажется, обе не любите восхищаться хорошими видами и потому вам нечего говорить о том, что вид Ахена с горы чудо как хорош. Весь город у вас под ногами, так что вы можете перечесть все домы. Вообразите, что в Ахене есть воды, то есть ручьи, которые текут и кипят вместе и такие горячие, что в них с трудом можно купаться. Однако же кто купается в них, тот выздоравливает, в какой бы ни был болезни. Так как я не болен, то и не намерен оставаться долго в Ахене и взял уже билет в дилижанс, который довезет меня до другого города, тоже старинного. Вы знаете, что такое дилижанс? Это карета, в которую всякий, заплативши за свое место, имеет право сесть. В середине кареты сидят по шести человек. Если со мною рядом будут сидеть два тоненькие немца*, то это хорошо: мне будет просторно. Если же усядутся толстые немцы, то плохо: они меня прижмут. Впрочем, я одного из них сделаю себе подушкой** и буду спать на нем. Если же мне придется сидеть между дам, то это хуже всего, тогда нельзя будет мне ни облокотиться, ни спать. - Здешний катедраль (так называется здесь соборная церковь) очень хорошо выстроен, хотя тоже большая старина. Вы таких строений никогда не видывали. Вот он.

* (В оригинале: немцы)

** (В оригинале: подушку)

Здешний катедраль (так называется здесь соборная церковь)
Здешний катедраль (так называется здесь соборная церковь)

Некогда кончить. Остальное можете дополнить в ваших головах. Церковь очень высока и внутри так светло, как в оранжерее или бельведере. Вот вам, в придачу, портрет того содержателя или хозяина гостиницы, у которого я стою. Смотри, Лиза, не влюбись!

Прощайте, мои бесценные! Целую вас. Об одном прошу: сделайте милость, если вы меня хоть каплю, хоть крошку любите, живите между собою дружно. Если вы этого не исполните, то значит вы меня ни на волос не любите. Прощайте.

Портрет хозяина гостиницы
Портрет хозяина гостиницы

Пишите! Я к вам большое письмо написал, смотрите, чтобы и вы мне также большое написали. Адресуйте во Франкфурт на Майне.

Ваш брат Николай Гоголь.

21. А. В. и Е. В. Гоголь. Примечания

Печатается по подлиннику ([ПД]).

Впервые опубликовано в "Сочинениях и письмах", V, стр. 265-268, с правильной датой: 1836 г., 17/5 июля (в автографе описка: 1834 г.). Опущенные Кулишом заключительные строки "Целую вас..." напечатаны Шенроком в "Письмах", IV, стр. 463; самый конец письма и рисунки Гоголя, изображающие Ахенский собор и хозяина гостиницы, - С. Дурылиным в статье "Из неизданных рисунков Гоголя" ("Литературная газета" 1934, № 39). Последняя страница письма воспроизведена (факсимиле) в "Литературном наследстве" 1935, кн. 19-21, стр. 548, но с ошибочным указанием, что приводится страница из письма к А. О. Смирновой.

Это - первое письмо Гоголя к его сестрам Анне Васильевне (1821-1893) и Елизавете Васильевне (1823-1864). Старшая из них, Анна, первоначально пользовалась большим вниманием Гоголя. В 1829 г. он увещевал мать прилагать "всевозможное старанье о воспитании этого умного дитяти", предрекая, что "от него много можно ожидать" (т. X наст. изд.).В первый же год пребывания сестер в институте Гоголь изменил мнение о даровитости старшей сестры, находя, что у нее, как и у младшей, "способностей не много". Из строго закрытого учебного заведения, каким был Патриотический институт, сестры Гоголь были выпущены в 1839 г. Результатами их воспитания Гоголь был недоволен. "Он жаловался, - вспоминает С. Т. Аксаков, - на юродство институтского воспитания и говорил, что его сестры не умеют даже ходить по-человечески" ("История моего знакомства", стр. 27). Однако Гоголь надеялся перевоспитать сестер. Делясь с Погодиным намерением поселить сестер в Москве, Гоголь писал ему: "Они будут покамест переводить и работать для будущего журнала <"Москвитянина" Погодина> и для меня. Я хочу совершенно их приучить к трудолюбивой и деятельной жизни" (см. письмо М. П. Погодину от 4 ноября ст. ст. 1839 г.). Гоголь старался сблизить сестер с литературными кругами, возил их на литературные вечера к Хомяковым, Свербеевым, Елагиным, Киреевским и другим. В это пребывание сестер Гоголя в Москве (первые пять месяцев 1840 г.) они принимали участие, вместе "с кое-какими студентами", в переводе какой-то пьесы Шекспира, назначавшейся для бенефиса Щепкина.

Однако оставить в Москве Гоголю удалось только младшую сестру Лизу. Она поселилась у П. И. Раевской, а старшая, Анна, уехала с матерью в Васильевку.

Елизавета Васильевна Гоголь в течение двух лет (1840-1842) оставалась в Москве, но, вопреки надеждам брата, не выказала никакой любви к умственному труду и занималась у Раевской лишь домашним хозяйством. В 1842 г. возвратилась в Васильевку. В 1851 г. она вышла замуж за саперного поручика В. И. Быкова (ум. 1862). Их сын Н. В. Быков женился на родной внучке Пушкина - М. А. Пушкиной. Е. В. Быкова оставила после смерти два письменных свидетельства о брате: отрывки из дневника 1848 г. ("Материалы" Шенрока, IV, стр. 703-705) и отрывки из "Записок" (напечатаны И. С. Аксаковым в "Руси" 1885, № 26; перепечатаны в "Новом Времени" 1909, № 11895, иллюстрированное приложение).

Анна Васильевна Гоголь, не вышедшая замуж, жила до смерти матери (1868) в Васильевке, после же ее смерти переселилась в Полтаву. О ней см. А. Черницкая. "Анна Васильевна Гоголь" ("Исторический Вестник" 1914, № 10, стр. 190).

предыдущая главасодержаниеследующая глава











© Злыгостев Алексей Сергеевич, 2013-2015
При копировании ссылка обязательна:
http://n-v-gogol.ru/ 'N-V-Gogol.ru: Николай Васильевич Гоголь'